Онлайн накрутка подписчиков инстаграм бесплатно

Online-заголовок

Для поддержания добычи нефти на высоком уровне нужно каждые 15–20 лет открывать новую нефтеносную провинцию. А для этого — радикально реформировать российскую геологию.

Сверхдержава задерживается

Судя по тому, что с каждой новой версией правительственная Энергетическая стратегия России становится все пессимистичнее, цель превращения страны в «энергетическую сверхдержаву» отодвигается на неопределенный срок.

В прошлом остались провозглашенные в первых стратегиях планы добычи 871–926 млрд куб. м газа в год. Авторы нового варианта этого документа, о котором недавно рассказал министр энергетики Александр Новак, осторожно говорят о возможности несколько превысить 800-миллиардную планку; они уже не упоминают амбициозные проекты, с которыми, например, связывались надежды завоевать 10–20% американского газового рынка.

Вместо обещаний увеличить добычу нефти до 535 млн т в 2030 году в новом документе предлагается не нарастить, а хотя бы удержать достигнутый уровень в 525 млн т. К тому же говорится и о консервативном сценарии, при котором нефти в России будет добываться все меньше и меньше, и к 2035 году ее объем упадет до 476 млн т.

У стагнации российского нефтегазового сектора есть и внешние, и внутренние причины. С одной стороны, начался период низких цен, которые делают нерентабельным освоение трудноизвлекаемых запасов. Развитие проектов производства сжиженного природного газа привело к переизбытку предложения при застое спроса.

С другой стороны, эти факторы наложились на отечественную специфику: неэффективную и нестабильную налоговую систему, засилье гигантских госкомпаний с дискриминацией частного предпринимательства, ограничения для иностранных инвесторов, юридическую незащищенность прав собственности и т.п. А конфликт с Украиной добавил к грустной картине международные санкции. Совокупность этих факторов делает консервативный сценарий не просто вероятным, но даже чересчур оптимистическим.

Где взять 170 млн т

При этом причины грядущего застоя и упадка для газовой и нефтяной отраслей свои. Если говорить о газе, то разведанных и в принципе готовых к разработке запасов в России столько, что браться за так называемые сланцевые залежи пока особого смысла нет. Ограничения в этом секторе связаны в основном с нехваткой рынков сбыта: внутренний спрос развивается медленно, Европа при первой возможности будет уходить от «Газпрома» к другим поставщикам. Северо-восточные провинции Китая по объемам спроса никак не в состоянии заменить европейских потребителей, а сжиженный газ России, который теоретически можно поставлять на большие расстояния, на практике не выдерживает конкуренции с газом США или Австралии, не говоря уже о странах Персидского залива.

С нефтью дела обстоят по-другому. Те же китайцы, например, готовы купить столько жидких углеводородов, сколько им предложат. Проблема в том, что разведанные объемы нефти в основных месторождениях России выработаны на 60%. Остатки — это главным образом трудноизвлекаемые запасы в мелких месторождениях, что требует дополнительных расходов по освоению (специалисты ЛУКОЙЛа подсчитали, что извлечение одного барреля таких запасов из недр обойдется не менее чем в $85). Добыча на российском континентальном шельфе, тем более в Арктике, повысит себестоимость нефтяного барреля до $150. При нынешнем уровне цен новые проекты оказываются совершенно нерентабельными. На горизонте — тот самый консервативный сценарий авторов новой Энергостратегии, если не хуже.

Чтобы удержать годовую нефтедобычу на уровне 525 млн т, придется ввести в эксплуатацию новые проекты с совокупным потенциалом отдачи примерно 170 млн т в год, а при нынешнем состоянии отрасли это представляется абсолютно нереальным.

При столь мрачных перспективах трудно ожидать, что отечественные нефтяники станут вкладывать значительные средства в разведку не открытых пока ресурсов. Между тем геологи утверждают, что для поддержания добычи на высоком уровне нужно каждые 15–20 лет открывать новую нефтеносную провинцию, а не десяток-другой маленьких залежей, разбросанных на значительном расстоянии друг от друга и находящихся далеко от транспортной инфраструктуры.

Бюрократы против геологов

Иными словами, ключ к спасению нефтяной отрасли — в интенсивном развитии геологоразведки. Правительственные чиновники пошли здесь по привычному пути гигантизма и консолидации. Несколько десятков геологоразведочных предприятий, разбросанных по стране, как эффективных, так и пребывающих в полном упадке, были слиты в госструктуру ОАО «Росгео­логия». Возникла еще одна бюрократическая контора, которую теперь еще и предлагается сделать единственным исполнителем госзаказа на геологоразведочные работы.

На самом деле геологоразведку нужно не консолидировать и бюрократизировать, а стимулировать, дать ей свободу действий. Имеет смысл прежде всего скорректировать законодательство о недрах, разрешив свободный рыночный оборот лицензий на недропользование, а также легализовать новую для нашей страны категорию недропользователей — юниорские геологоразведочные компании.

Сегодня геологическая компания, владеющая лицензией, может продать только сама себя либо под каждый участок недр создавать дочернюю компанию, а после открытия месторождения — продавать ее. Прямого пути переуступки права недропользования нет. Между тем юниорские компании как раз этим и занимаются: разведывают новые месторождения, подсчитывают запасы и затем продают права недропользования добывающим компаниям.

Таким юниорам надо открыть доступ к разрешениям на поиск и оценку запасов полезных ископаемых в неосвоенных регионах по заявительному, а не конкурсному принципу. Частные предприниматели могут заняться этим бизнесом, зная, что в случае значительного открытия они могут с лихвой возместить все затраты, продав лицензию или ее часть нефтяной компании.

Сейчас ситуация в отрасли иная, что тормозит освоение многих месторождений. Стоит посмотреть на разрастающиеся структуры «Роснефти», в которые уже вошли ранее принадлежавшие частным собственникам активы ЮКОСа, «Удмуртнефти», группы «Итера» и ТНК-ВР. Гигантская госкорпорация накопила около 600 лицензий, а другие операторы лишены доступа к разведке и разработке этих нефтяных запасов. У самой «Роснефти» между тем не хватает ресурсов на их разработку, что приводит к просьбам о переносе сроков работ — в частности, и на шельфе, где доминируют «Роснефть» и «Газпром».

В цикле статей «Россия после кризиса» ведущие экономисты и эксперты рассуждают о том, на какие преимущества наша страна может опереться в развитии экономики, что играет в нашу пользу, а что помешает долгосрочному росту.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.